Каталог организаций Серова. | Адрес. Телефон. Карта. Новости. Магазины.

Главная Новости Последние новости Разная, однако, память…

Разная, однако, память…

В рамках краеведческого проекта «Истоки: история городской среды» мы публиковали рассказ Валерия Ильина, как в Серове создавались пионерские лагеря. А сегодня публикуем воспоминания нашего блогера Марины Демчук - об отдыхе в «Березке». Сейчас «Березка», как и большинство когда-то существовавших в Серове лагерей, уже закрыта. Марина Адольфовна отдыхала в «Березке» в 1969 году. Воспоминания об этом лете сохранились и у ее мамы Галины Яковлевны Вершининой.Разная, однако, память… Версия №1 (моя): Я закончила 1 класс, и на лето меня решили отослать в пионерлагерь. Поскольку папа работал на механическом заводе, это была, конечно, «Березка». В назначенный день к зданию тогдашнего отдела кадров (напротив «пожарки») подъехал автобус, собралось энное количество разновозрастных участников забега… э-э-э…школьников с родителями и без. Меня запихали на подножку автобуса (несколько насильственно, так как ехать я не хотела категорически), сунув в руки кошмарный темно-коричневый чемоданчик с замками-защелками, в котором лежало все необходимое на первое время; торжественно пообещали «приезжать каждый день» (чего, естественно, делать никто не собирался)… и свободно вздохнули, когда наконец автобус отчалил.  Версия №2 (мама): Ребенок должен расти в семье, так у нас было заведено. Но… Папа работал на механическом заводе, мы с бабушкой работали в медучилище… На семейном совете было решено отправить дочку в пионерский лагерь «Березка». Каждый из взрослых по-своему рассказывал, как там хорошо, весело, лес, птички поют; что мы будем приезжать к ней в гости… Когда началась посадка в автобус, со слезами оторвали ее ручки от отца. Версия №1: Нас привезли к корпусам и высадили среди светлого и красивого (это я отметила даже в состоянии полного отчаяния от разлуки с домом) леса. Наш отряд, малявок, по воспоминаниям, разместили где-то в дальнем корпусе. Вещи надо было сложить в кладовку – небольшую комнату с деревянными широкими полками, в которой пахло очень несвежим, потому что тут же была сетка для сушки обуви. Потом мальчиков и девочек развели по комнатам, где стояли кровати; надо было выбрать себе кровать и «занять» тумбочку.  Вожатая (кажется, ее звали Наташа), кудрявая, красивая и веселая девушка, всеми силами старалась сделать нашу жизнь радостной и интересной, но мне ничего не было мило. Утренняя зарядка меня ужасала необходимостью выполнять какие-то упражнения, прилюдно размахивая своими мощами (я была в те поры довольно субтильным и бледным существом). Столовая ужасала необходимостью есть что-то невкусное, недомашнее и обязательно доедать это до конца. (Воспитатель надо мной напоминала статую Командора: «Встанешь из-за стола, когда доешь». Господи, вечно одно и то же, что в детском саду, что здесь!). Тихий час или отбой ужасал необходимостью засыпать в чужом месте, среди чужих детей и не в своей постели.  Вечера заранее наводили трепет. Как во всех лагерях (это теперь я понимаю), традиционно находились рассказчики страшных историй. Классика жанра - Черная Рука, Гроб На Колесиках, Кровавое Пятно и бог знает что еще. Хотя бы с одной историей из этого репертуара знаком каждый советский ребенок. Потом все радостно бесились и после сладко засыпали, а я лежала, холодея от страха, и ждала появления очередного чудовища. А они подстерегали за дверью палаты, когда НУЖНО было выйти.  Все НУЖНО располагалось на улице; квадратно-гнездовая архитектура советского периода – тоже классика жанра. Особенно неудобно было в дождь. Наташа водила страждущих по одному под укрытием своего большого целлофанового дождевика. Противно воняло хлоркой, от нее щипало в глазах и носу. Запомнился очень холодный пол в палате. С погодой, видимо, не слишком везло, и в корпусе ощущалась стылость и сырость, поэтому затопили печку. Никакого парового отопления еще не было. Печная дверца светилась красным сквозь щели, мне запомнилась задвижка, чем-то напоминавшая черного скрутившегося дракона (отсутствием фантазии я никогда не страдала). В палате сумрачно, за окнами дождь, все сидят на кроватях или около Наташи, а она читает нам книжку. Автора я тогда не знала, но название помню хорошо – «Приключения доисторического мальчика» (Д*Эрвильи). Захватывающие приключения, надо сказать.  Когда закончилась непогода, мы вышли гулять. Где конкретно располагались здания корпусов и столовой, я, конечно, не помню. Из всего понастроенного там лучше всего мне запомнились ворота, уткнувшись в которые, я провела не один час, глядя на дорогу. Когда наконец в «родительский день» ко мне приехали «гости» с разными вкусняшками, нафиг мне были эти сладости, я обрыдалась, умоляя забрать отсюда. Естественно, меня оставили в лагере. Тут же так хорошо, весело, птички поют… Версия №2: Мы пообещали, что приедем в первый же выходной. Приехали. Дочка бежала навстречу, на руки папе. Маришка держала отца за руки, предчувствуя, что родители скоро уедут. Ни игрушки, ни вкусняшки – ничто ее не интересовало. Когда успокоилась, повела по дорожкам, потом увела на любимое местечко – между деревьями бугорок, весь в травке, как скамеечка; оттуда всех хорошо видно, а тебя не дергают.  Версия №1: Мне нравился олень, обычная парковая скульптура, но я представляла, что он живой (он и теперь стоит на постаменте в бывшем лагере, изуродованный и лишенный былой красоты, стоит, как памятник вандалам).  Я вообще была «подвинута» на разного рода зверье. Кому-то из ребят привезли черепаху. Ее посадили в аквариум на улице перед корпусом. Все тискали животину, брали с собой гулять, купали в бочке для сбора дождевой воды под водостоком, кормили травой. И это были два самых светлых воспоминания смены: черепаха и доисторический мальчик. Поскольку все остальное было беспросветно тоскливо. Играть и дружиться я ни с кем не хотела, это были ЧУЖИЕ мальчики и девочки, которых я сторонилась, потому и не запомнила никого из своего отряда. Бедная Наташа не знала, чем меня утешить и как осушить мои бесконечные слезы: я ждала родителей КАЖДЫЙ ДЕНЬ.  Наконец мое вытье достало всех, и - ура! – меня забрали из лагеря в начале второй недели. Дома ждало счастье: стопка новых книжек. Две помню хорошо: Г. Скребицкий. «Листопадничек» с красно-желтым осенним лесом и маленьким зайчонком на обложке. И еще «Эльбрус идет по следу» (автора я тогда тоже не знала, это И. Волк), на обложке красивая шотландская овчарка. В лагерь меня больше не отправляли ни разу. Напомним, «Глобус» начал реализацию нового краеведческого проекта. В рамках нового проекта рассказываем о тех объектах, которые когда-то были в нашем городе, с которых наш населенный пункт начинал формироваться как город, но которые не дожили до наших дней, которые мы можем увидеть уже лишь на фотографиях.  Читатели, если вы хотите поделиться воспоминаниями об этих объектах, если в ваших фотоальбомах хранятся их фотографии, милости просим в редакцию «Глобуса»! Мы работаем пять дней в неделю, с понедельника по пятницу, с 9 до 18 часов. Редакция газеты «Глобус» находится в доме №3 по улице Февральской Революции. Присылать фото и свои воспоминания можно и на почту info@serovglobus.ru. Также фотографиями можно поделиться на наших страницах в социальных сетях «ВКонтакте», «Одноклассники», или отправив сообщения через мессенджеры Telegram, Viber и WhatsApp на номер телефона службы информации "Глобуса": 8-922-026-026-1. И не забудьте оставить свои контактные данные (имя и телефон).

Как сообщает сайт serovglobus.ru

Вы здесь:
Главная Новости Последние новости Разная, однако, память…
Яндекс.Метрика